Тамара ИВАНОВА, г. Владивосток

  • Начну с тезиса, который может показаться кому-то спорным: «Традиционное питание не подходит для современных детей».

    Здоровье детей и подростков в нашей стране ухудшается столь стремительно, что впору задуматься о национальной безопасности. По данным Минздравмедпрома, лишь 10% детей и подростков могут считаться практически здоровыми.

    Детский организм – своеобразный маркер состояния окружающей среды, потому что очень чувствителен к различным внешним факторам, например, недостаточному или избыточному поступлению извне химических элементов (Агаджанян, Скальный, 2001). Учитель, сталкиваясь с невротичными детьми, может изменить ситуацию не только совершенствованием педагогического мастерства, но и изменением питания и образа жизни своих подопечных (Иванова, 2004).

    Приуроченность тех или иных заболеваний к определенному региону связана с определенными геохимическими характеристиками окружающей среды. В ходе эволюции организмы адаптировались к определенному химическому составу окружающей среды. «Многочисленные исследования показывают, что многовековое проживание человеческих популяций в привычных условиях среды обитания определило не только внешний облик и культурные черты, но и специфические морфофункциональные характеристики и особенности жизнедеятельности организма в целом» (Агаджанян, Скальный, 2001). Нарушение баланса химических элементов в среде влияет на морфологию, размножение, рост и развитие животных и человека. Например, между показателями смертности от сердечно-сосудистых заболеваний и жесткостью питьевой воды существует обратная связь (Ноздрюхина, Гринкевич, 1980).

    Значительный вклад в печальную статистику детских заболеваний вносят болезни недостаточности минеральных веществ (микроэлементозы) (Кудрин и др., 2000). Когда в XIX в. в экономически развитых странах стал ощущаться недостаток продуктов питания из-за уменьшения смертности среди населения, в почву стали вносить те химические элементы, которые давали ощутимую прибавку урожая культивируемых растений. Это были преимущественно азотные, фосфорные, калийные удобрения. Недостающие микроэлементы для своего роста и развития растения стали забирать из почвы. Например, после внесения в почву на протяжении 14 лет лишь азотных удобрений возрос забор урожаями с/х культур из почвы меди в 1,2, а цинка – в 1,8 раза (Полянская, Арнаутова, 1987). А подкормка в течение 15 лет высокими дозами азотных и калийных удобрений моркови и подсолнечника повысила у них потребность в боре, ячменя – потребность в меди, вики и салата – в молибдене (Поташуева и др., 1988). Так из года в год возрастал дефицит макро- и микроэлементов у культивируемых растений и животных, то есть во всей цепи питания человека. Еще более ухудшилось качество продуктов питания вследствие их рафинирования. Они катастрофически обеднялись минеральными веществами, которые находятся преимущественно в оболочках зерен, корнеплодов.

    В результате к началу ХХI в. в России в коррекции микроэлементных нарушений нуждается 97% населения. К сожалению, медицинские работники, как и основная масса населения, не обращают должного внимания на проблему микроэлементных расстройств. Плохая память у детей связана с недостатком в рационе магния, цинка, меди, марганца, хрома, кремния, йода при избытке ртути и свинца. Повышенная возбудимость – с дефицитом в рационе магния, кальция, цинка, меди, марганца, кобальта и высоким уровнем свинца и ртути. Нарушение остроты зрения наблюдается, если в пище мало магния, кальция, цинка, меди, марганца, селена и хрома (Скальный, 2003).

    Хорошо иллюстрирует приведенные выше рассуждения опыт, известный в науке под именем «Эксперименты Конур». Врач Р. Мак-Карисон изучил питание народа хунзов, живущих у северной границы Индии. Это хорошо сложенные, красивые люди, очень спокойные и выносливые. Мак-Карисон разделил тысячи подопытных крыс на группы и давал им пищу в соответствии с национальными традициями англичан, индусов и хунзов. Крысы, получавшие диету жителей Лондона, переболели всеми болезнями, поражающими людей этого региона. Животные были нервозными, вели себя крайне агрессивно. Крысы, питавшиеся, как хунзы, оставались здоровыми и проводили время в играх. Вывод: «Крысы, живущие в мире и дружбе между собой, становились агрессивными и пожирали друг друга, когда их лишали полноценной пищи, необходимой для здоровья». От качественного состава пищи зависят душевное равновесие, отсутствие неврозов и других психических расстройств.

    Как тут не вспомнить яркое описание состояния детей с СДВГ (синдром дефицита внимания с гиперактивностью) (Брехман, 1967): «Дети становятся невротичными... Они подвержены беспокойству и неуемности, все время стремятся куда-то бежать, агрессивны в слепом побуждении к разрушению. Они отрицают все, противодействуют всему, отказываются от всего». СДВГ – самая распространенная сейчас форма хронических нарушений поведения у детей (до 20%). Причем у мальчиков гиперактивность наблюдается в 4–6 раз чаще, чем у девочек (Кудрин и др., 2000). Это состояние развивается при дефиците в диете магния, цинка, меди, кальция и марганца, железа, калия, кремния, селена, кобальта, хрома, фосфора. Особенно при дефиците магния (импульсивность, неконтролируемое поведение во время стресса, дефицит внимания, моторный дефицит). У детей с СДВГ наблюдается также избыток токсичных металлов, в первую очередь свинца, кадмия, алюминия, никеля, ртути. Пищевые продукты с салицилатами и синтетические пищевые добавки также могут быть причиной гиперактивности детей. Усиливает СДВГ и недостаток в диете детей полиненасыщенных жирных кислот, которыми богаты растительные жиры и жиры рыб (Хасина и др., 2001). СДВГ без лечения служит фоном для развития в подростковом или даже в зрелом возрасте и более драматичной неврологии: судорожного синдрома, эпилепсии, алкоголизма, наркомании.

    Согласно данным доктора А.В. Скального «пища, которую в основном потребляют наши дети, обеспечивает только 55% потребности в кальции, 56% – в цинке, 48% – в селене, 43% – в йоде». Три четверти детей в России отнесены к группе риска по дефициту макро- и микроэлементов, так что это проблема национального масштаба.

    Дефицит микроэлементов усиливается во время возрастания потока ионизирующего излучения от Солнца (Иванова, 2004). После чрезмерных воздействий на многоклеточный организм факторов внешней среды любой природы (стрессоров) возрастает проницаемость клеточных мембран. При этом во внешнюю среду выделяются биологически активные вещества, которые прежде тормозили развитие бактерий, простейших. Создаются благоприятные условия именно для микрофлоры, а не для клеток хозяина. Как известно, r-стратеги (пионерные организмы любого сообщества живых организмов) отличаются высокой минерализацией своего тела. К-стратегам (организмам зрелого сообщества) требуется больше углерода в пище, чем r-стратегам. Поэтому правомерно заключить, что в периоды возрастания солнечной активности человеку требуется диета с большим уровнем минеральных веществ, и в первую очередь кремния, чем в годы спокойного Солнца. Диета с высоким содержанием макро- и микроэлементов, особенно кремния, но более низким уровнем углерода предоставит во время солнечных ливней необходимые вещества именно клеткам хозяина, а не многочисленной рати микроорганизмов, обитающих в его теле. Так можно предотвратить дистресс у людей в этот период, а значит, эпидемии инфекционных заболеваний и нервно-психические расстройства у больших масс населения.

    Л.Р. Ноздрюхина и Н.И. Гринкевич (1980) проанализировали химический состав растений, которыми издавна пользовались народные целители. Оказалось, что эти растения являются концентраторами именно недостающих в этом регионе минеральных веществ. Минеральные макро- и микроэлементы из растений хорошо усваиваются организмом человека. Из этого можно сделать вывод, что в пищу стоит употреблять как можно больше разнообразных живых организмов, которых минимально коснулась наша цивилизация. Только потреблять их стоит профилактически, не дожидаясь гипомикроэлементозов. Помогут восполнить недостаток минеральных веществ в диете морепродукты, особенно водоросли, а также дикоросы, ведь лекарственные травы – природные концентраторы микроэлементов.

    Вот список лекарственных растений, которые концентрируют в себе те или иные микроэлементы. К растениям-сверхконцентраторам цинка относятся алоэ, береза, дурман, лапчатка, лавровишня, сушеница, якорцы. Немало цинка содержат также череда, чистотел, фиалка полевая. Сверхконцентраторы железа: бессмертник итальянский, зайцегуб опьяняющий, лобелия вздутая, марена красильная, синюха голубая, сушеница топяная. Медь концентрируют такие лекарственные растения, как вздутоплодник сибирский, лапчатка прямостоячая, лобелия вздутая, марена красильная, сушеница топяная, чайный куст китайский. Кубышка, шиповник, черемуха являются источниками кобальта. Молибдена много в багульнике болотном, барвинке малом, горце птичьем, крапиве двудомной, жостере слабительном, мяте перечной. Никель аккумулируется в дынном дереве, желтом мачке, пустырнике сердечном. Лучшими источниками хрома являются пивные дрожжи, немало его и в диоскорее японской. Стронций содержится в анисе, бадане, горце змеином, бруснике, кровохлебке, дубе и зайцегубе. Литий – в кассии, алоэ, белладонне. Селен накапливается в чистотеле, землянике, ромашке, шиповнике. Концентраторами серебра являются мать-и-мачеха, чистотел, ландыш, наперстянка, синюха, брусника, укроп, женьшень, арника. Золото накапливается в желтушнике сером.

    Судьба человечества зависит от нашего умения жить в гармонии с природой. Пока мы похожи на паразитов, погибающих вместе с покоренным, завоеванным хозяином. От здоровья детей зависит судьба человечества в целом. Сейчас мы так выхолостили, истощили почвы, что традиционные продукты питания не дают необходимых минеральных веществ в доступной, усвояемой форме. Дети, идущие нам на смену, демонстрируют, что пища отцов и дедов для них неприемлема (вспомним феномен так называемых «детей индиго»). При традиционном питании у них развивается синдром дефицита внимания с гиперактивностью. Нам предстоит найти те формы питания детей, которые помогут им оздоровиться.